Содержание разделa
Б-г открылся Аврааму на третий день после обрезания, когда, несмотря на зной и боль, праотец ждал гостей у своего шатра. Увидев трех ангелов в обличье странников, он принял их с почетом и щедро угостил. Один из гостей сообщил ему, что через год его 90-летняя жена Сара родит сына. Затем ангелы отправились уничтожить порочный город Сдом. Авраам просит Б-га пощадить город, если в нем найдется хотя бы 50 праведников. Эта цифра была постепенно снижена, но даже десяти хороших людей там не оказалось, и приговор остался в силе. Прежде чем Б-г обрушил на Сдом и окрестности серный и огненный дождь, ангелы увели из города Лота, его жену и двух дочерей. Вопреки запрету, жена Лота оглянулась во время бегства и превратилась в соляной столб. Дочери Лота подумали, что в результате катаклизма на земле не осталось людей. Стремясь продлить человеческий род, они по очереди переспали с отцом, напоив его вином. В результате у них родились сыновья Моав и Аммон, основатели двух народов. Тем временем Авраам поселился в области Герар. Местный правитель Авимелех похитил Сару, но вскоре вернул ее по требованию Б-га. Вскоре, в точном соответствии с обещанием Творца, у Сары и Авраама родился сын Ицхак. Отец сделал ему обрезание на восьмой день, как велел Б-г, а в день отлучения Ицхака от материнской груди устроил большой пир. Сара потребовала изгнать из дома Агарь и ее сына Ишмаэля, боясь их пагубного влияния на Ицхака. После некоторого колебания Авраам выполнил это требование. В пустыне Ишмаэль едва не умер от жажды, но был спасен ангелом и получил обещание, что от него произойдет великий народ. Видя, что Авраам пользуется защитой Б-га, Авимелех заключил с ним союз. В ходе десятого по счету испытания Б-г велел Аврааму принести в жертву Ицхака на месте будущего Храма. Авраам был готов выполнить это указание, но в последний момент ангел остановил занесенный над Ицхаком нож. В награду за беззаветную преданность Творцу Авраам получил «великое благословение» для своих потомков. В конце раздела приведена родословная семьи Авраама до рождения Ривки, будущей жены Ицхака.
Протрите очки!
«Ваера элав Ашем… – И открылся ему – Б-г» (18:1).
К сорока годам почти у всех людей сдает зрение. Вначале этого не замечаешь. Но постепенно начинаешь осознавать, что тебе все труднее читать дорожные указатели даже на незначительном расстоянии. Встречая на улице знакомого, не можешь его сразу узнать: лицо кажется размытымиздалека. Жена недовольно говорит: «Почему ты все время щуришься?» От постоянного напряжения глаз болит голова.
Наконец, решение созрело: пора идти к окулисту. Окулист говорит: «Вам нужны очки» и посылает к оптометристу. Проверка зрения занимает пятнадцать минут. Оптометрист выписывает рецепт, вы долго и робко выбираете оправу, и через пару дней получаете очки — новый аксессуар, с которым, видимо, не расстанетесь до конца жизни.
Наступает торжественный момент: очки водружены на нос, и вы сразу замечаете, что окружающий мир неузнаваемо изменился. Хотя передний план остается слегка расплывчатым, городской пейзаж как будто расширился, его контуры приобрели резкость и глубину. Вы не перестаете удивляться, как легко вам читать вывески с расстояния 50–60 метров. Вы первый из ожидающих на остановке различаете номер подъезжающего автобуса.
Недели через две вам звонит оптометрист. Он просит зайти и получить набор для чистки стекол. «Какой набор? – удивляетесь вы. – Эту штуку надо еще и чистить?»
Оптометрист приветливо улыбается вам, как старому знакомому. Он берет ваши очки, наносит несколько капель специального раствора на стекла и осторожно протирает их мягкой тряпочкой. Тряпочка почему-то чернеет.
Вы снова надеваете очки и чуть не падаете со стула от удивления. Вас поражает не столько кристальная чистота открывшейся перед вами картины, сколько сам факт, что до сих пор вы жили в сером тумане. Оказывается, вы смотрели на мир через закопченные стекла и даже не замечали этого. А ведь всего-то надо было протереть очки.
Сегодняшний раздел начинается со странной, на первый взгляд, фразы: «И открылся ему (Аврааму) – Б-г». Почему бы не сказать проще: «Б-г открылся ему (Аврааму)»?
Нет, Б-г не открывается. Он вообще не двигается и не меняется. Он ни перед кем не «возникает», а потом не «исчезает». Говоря, что Б-г «открылся», мы имеем в виду, что на самом деле мы сами сделали шаг Ему навстречу, приблизились к Нему. При этом кажется, что Он открылся нам.
Всевышний сказал устами пророка: «Вернитесь ко Мне, и Я вернусь к вам». Чем больше мы стараемся приблизиться к Б-гу, тем глубже мы осознаем Его величие и тем больший трепет испытываем перед Ним. Таков смысл мистическойконцепции о «пробуждении снизу».
Иногда нам трудно увидеть руку Б-га в происходящих событиях. Но это не потому, что Он спрятался или отдалился от нас. Просто очки нашего мировоззрения покрылись толстым слоем копоти. Но если мы чаще будет пользоваться Его «моющей жидкостью» — Торой, окружающая картина резко преобразится, и мы с удивлением отметим, что мир до краев наполнен Его красотой и славой.
Тук-тук, откройте!
«Ибо избрал Я его (Авраама) для того, чтобы он заповедал потомкам своим и дому своему после себя идти путем Г-спода…» (18:19).
Еврейские мудрецы обещают: если ты знаток Торы, и твои сыновья и внуки тоже прилежно учат ее, она вовек не покинет твоих потомков. Тора будет все время возвращаться в твою семью, как верный своим привычкам постоялец останавливается всегда в одной и той же гостинице.
Но почему тогда позапрошлое и прошлое столетие стали эпохой массового отхода евреев от ценностей Торы и ее образа жизни? Ведь их общие праотцы Авраам, Ицхак и Яаков были величайшими подвижниками Торы. Если обещание мудрецов оставалось в силе все минувшие века, она не должна была отходить ни от одного из их потомков, дальних и ближних.
Раввин, которому задали этот вопрос, дал такой наглядный ответ: «Однажды я путешествовал из города в город, продавая свою только что вышедшую из печати книгу. В одном месте я подъехал к постоялому двору, где прежде часто ночевал, и постучал в ворота. Мне никто не открыл. Я еще раз постучался и громко позвал хозяина. Снова молчание. Подождав некоторое время, я повернулся и стал искать другой ночлег.
Тора расскажет вам такую же историю. Она стучится во все двери и кричит: «Откройте, впустите меня!» Но ей никто не отвечает, и она тихо уходит…».
А ведь всего-то надо открыть дверь, едва услышав ее стук.
Праведность под микроскопом
«Может быть, есть пятьдесят праведников в этом городе? Неужели погубишь и не простишь…?» (18:24).
Вернувшись домой на исходе Йом-Кипура, молодой еврейский повеса похвастался отцу, как он с друзьями весело провел время в баре: «Ух, было здорово! Оторвались по полной программе».
«Давид тоже был с вами?» — укоризненно спросил отец.
«Нет, что ты! Давид у нас праведник».
В некоторых кругах быть праведником довольно просто. Авраам знал, что в порочном городе Сдоме, приговоренном к тотальному уничтожению, нет хороших людей. Поэтому он просил Б-га пощадить Сдом ради «праведников в этом городе», т.е. тех, кто хоть на сантиметр был морально выше местного злодейского общества.
Поскольку они слыли «праведниками», их гибель вместе с другими сдомцами — отъявленными негодяями, была бы расценена как вопиющая несправедливость: «Почему Б-г не защитил их!?». В результате Имя Всевышнего было бы осквернено. Авраам не мог этого допустить.
Впрочем, он зря старался. В Сдоме не нашлось даже десятка таких микроскопических «цадиков».
5785 (2025)